«Нравственность» и «духовность»: соотношение понятий

II Богородские Рождественские чтения
12 декабря 2017 года настоятель Никольского храма с.Макарово протоиерей Вячеслав Перевезенцев выступил с докладом
на II Богородских Рождественских чтениях в Московском областном театре драмы и комедии г.Ногинска

«“Нравственность” и “духовность”: соотношение понятий»

Тема соотношения понятий «нравственности» и «духовности» представляется мне очень важной. В курсе по «Основному богословию» или «Нравственному богословию», которые читаются в наших духовных школах, эта тема обязательно серьезно прорабатывается. Но мы с вами не в семинарии, и потому я постараюсь раскрыть эту тему на максимально доступном языке.

1. Нравственность и духовность неразрывно связаны между собой, и вследствие этого часто происходит их смешение. Однако необходимо их различать. Но прежде, чем поговорить и о схожести, и о различии этих понятий, я бы хотел остановиться на том, что очень часто затрудняет или усложняет этот разговор. Сложность эта состоит в том, что если под «нравственностью» мы все понимаем более или менее одно и то же, т. е. некие правила, которыми руководствуется человек в своём моральном или жизненном выборе, то с пониманием того, что такое «духовность», все значительно сложней.

До недавнего времени само понятие «духовного» в нашей стране находилось под запретом: с одной стороны, оно не соответствовало господствующей в стране победившего атеизма марксистско-ленинской идеологии, с другой — никак не вписывалось в естественнонаучную парадигму. Если же оно каким-то образом и принималось, то только в качестве очень размытого понятия мира культуры, прежде всего, в его эстетических и (с некоторыми оговорками) этических проявлениях. Говорить о проявлении Духа в религиозном смысле считалось неприличным. Идеализм во всех его формах воспринимался как суеверие.
 
В конце XX века с крахом социалистической системы ситуация в нашей стране коренным образом изменилась. Можно даже говорить о том, что сами слова «Дух» и «Духовность» стали модными. Наверное, таким образом дал о себе знать накопившийся за 70 лет «духовный голод». Полки книжных магазинов стали завалены философской, психологической, религиозной и псевдорелигиозной литературой о Духе и Духовном, но сильно проще с пониманием того, что же такое «духовность», не стало.
 
В «Толковом словаре живого великорусского языка» В.И. Даль представляет следующее определение о духовности: «Духовность — состояние духовного. Духовный, бесплотный, не телесный, из одного духа и души состоящий… все относимое к душе человека, все умственные и нравственные силы его, ум и воля». Духовное — это все не материальное. Это — буквальное и потому точное определение, но, к сожалению, очень общее, широкое.
 
В социологии и культурологии «духовностью» часто называют объединяющие начала общества, выражаемые в виде моральных ценностей и традиций, сконцентрированные, как правило, в религиозных учениях и практиках, а также в художественных образах искусства. В рамках такого подхода, проекция духовности в индивидуальном сознании называется совестью, а также утверждается, что укрепление духовности осуществляется в процессе просвещения, идейно-воспитательной или патриотической работы.
 
Для обыденного сознания сегодня «духовный» часто ассоциируется с «православный», «патриотичный». Мы, русские, духовные уже по определению, потому что не такие, как там — на «бездуховном» западе. У нас «духовные скрепы», а у них, сами знаете что, срамно и говорить.
 
Задолго до сегодняшних наших баталий Иосиф Бродский хлестко, но очень точно описал такого рода «духовность»:

«Входит некто православный, говорит: “Теперь я — главный.
У меня в душе Жар-птица и тоска по государю.
Скоро Игорь воротится насладиться Ярославной.
Дайте мне перекреститься, а не то — в лицо ударю.
Хуже порчи и лишая — мыслей западных зараза.
Пой, гармошка, заглушая саксофон — исчадье джаза”».

Так что же такое «духовность» с точки зрения православной Церкви? Здесь мы тоже не встретим одного единственного определения, но все они так или иначе сходятся в одном. Духовность — это действия в человеке благодати Святого Духа, а проявляется она в плодах Св. Духа. «Плод же духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание»(Гал.5:22). То есть духовный человек с точки зрения православия — это тот, кто имеет в себе эти плоды. И, скажем так, настолько он более духовный, насколько в нем эти плоды явлены преизобильно, и наоборот. А вот то, как часто он ходит в театр или в консерваторию, посещает ли патриотические митинги, висят ли у него дома иконы и заходит ли он в Храм, слушает ли он джаз или поет под гармошку и даже есть ли у него «в душе Жар-птица» — не так важно. То есть очень хорошо читать серьезные книги, ходить в театр, быть патриотом и играть на гармошке, но к духовности это может не иметь никакого отношения.
 
Крупнейший современный богослов митрополит Иерофей (Влахос) пишет: «Православная духовность — это опыт жизни во Христе, атмосфера нового человека, возрожденного благодатью Божией. Речь идет не об абстрактном эмоциональном и психологическом состоянии, но о единении человека с Богом». Соединения с Богом именно в Духе Святом. Как сказал проф. А.И. Осипов: «Духовность — это Богоподобие. Духовность человека определяется степенью Богоподобия». Поэтому под «православной духовностью» мы будем понимать то, что нас приводит к единению с Богом.

2. Разобравшись с определениями, поговорим о сходстве и различии нравственности и духовности. Что объединяет нравственность и духовность? Я бы сказал, не что, а кто. Это ЧЕЛОВЕК.

Понятно, что и на человека мы можем посмотреть по-разному или с разных точек зрения. Долгое время нас учили, что человек — это просто высокоразвитое животное. Тогда про духовность говорить неуместно, или исключительно в том смысле, что нравственность и есть духовность, то есть некая надстройка над базисом (экономика).
 
Но если освободиться от жесткого идеологического взгляда на человека, как мы его видим? Что такое человек? Ну, как, человек это… HOMO SAPIENS. Человек разумный. Какова этимология этого знакомого всем нам термина? Sapiens — разумный, это понятно, а что такое homo? Хомо от хумос (гумос), т. е. земля, чернозем. Земля, которая стала разумной. Вспоминаем Библию: «И создал Господь Бог человека из праха земного, и вдунул в лице его дыхание жизни, и стал человек душою живою»(Быт.2:7). Важно, что термин homosapiens возникает на Западе в новейшее время. Это время кризиса исторического христианства, и потому то, что делает человека человеком, сводится исключительно к разуму, то есть к сфере нравственной, душевной. Для духа в такой антропологии тоже не остается места.
 
Вернемся к этимологии. Что означает наше русское слово «человек»? Очевидно, что у него два корня — «чело» и «век». Когда я спрашиваю детей, они быстро соображают, что «чело» означает голова, лицо, отсюда «бить челом» на Руси. С «веком» немного сложнее. Сегодня век — это 100 лет, но раньше на Руси «век» значило не столетье, а просто «вечность». Итак, имеем «лицо» и «вечность». Дальше может получиться и «Лик Вечности» и «Лицо, обращенное к Вечности». И то, и другое понимание говорит нам о самом важном: человек — это тот, кто связан с Вечностью. Так что используя латинский, на Руси сказали бы не «homosapiens», а «homo spiritualis» или «clericus», что значит «духовное лицо». Впрочем, во многом именно под западным влиянием клириками стали на Руси называть священнослужителей, но в том-то и дело, что по замечательной интуиции нашего прекрасного и могучего русского языка мы все, а не только священники, являемся лицами духовными.
 
И чтобы закончить антропологический экскурс, приведу старый еврейский анекдот:

Было 6 еврейских мудрецов!
Моисей сказал, что всё от Бога.
Соломон сказал, что всё от ума (головы).
Иисус сказал, что всё от любви (сердца).
Маркс сказал, что всё от голода (живота).
Фрейд сказал что, всё от влечения (секса).
И Энштейн сказал — всё относительно.

3. Эйнштейн был конечно мудрым человеком, но нам ближе другие мудрецы. Вот как учит о человеке ап. Павел: он выделяет в человеке три начала — тело, душу и дух. Это антропологическая схема, которую принято называть тримерией (трехчастностью) ап. Павла, и она нам пригодится для уяснения сути взаимоотношений нравственности и духовности.

Я постараюсь очень кратко и очень обобщающе раскрыть эту тримерию.
 
Тело — это то в человеке, что соединят его с материальным миром и то в человеке, что этому миру принадлежит.
 
Душа — это то в человеке, что соединяет его с другими людьми и то, что делает человека причастным к человеческому сообществу.
 
Дух — это то в человеке, что соединят его с Богом и то, что делает человека Богоподобным.
 
Важно, что тримерия имеет строго иерархическую и холистическую структуру.
 
Иерархическую — это значит, что эти уровни (тело-душа-дух) должны быть строго соподчинены, выстроены строго по вертикали — тело внизу, дух наверху, душа посередине. А значит дух должен главенствовать над душой, а душа над телом.
 
В реальности мы видим совсем другую картину. Человек оказывается как бы перевернут с ног на голову: тело с его желаниями и страстями управляет душой, а дух вообще выкинут за ненадобностью на свалку. Это последствия грехопадения, то, что святые отцы называли коренной порчой человеческой природы, следствием чего стала смерть. Ведь тело человека, как и все в мире материальном, подчинено законам времени и пространства и имеет начало и конец. И если все в человеке подчинено телу, если телесное господствует над духовным, если мы становимся рабами своей низшей природы, то и получаем то, что с этой природой неразрывно связано — тление и смерть. «Смерть и время царят на земле», — говорил поэт (В. Соловьев).
 
И в этом смысле Спасение, которое приходит к нам со Христом, есть возможность этого антропологического переворота, восстановление в человеке подлинной иерархии, как это и было явлено во Христе — Боге, ставшим Человеком, потому смерть хотя и пленила Его, но удержать не смогла.
 
И еще про иерархичность. Известно, что телесная сфера оказывает сильное влияние на сферу душевную. Все мы хорошо знаем, что чувство голода, недомогание, наши болезни оставляют след в наших душах. Душа, наши чувства, эмоции, сильно зависят от того, что происходит с нашим телом. Не так хорошо известно, но является уже доказанным фактом и то, что состояние души влияет на тело. Зачастую выздоровление от болезни зависит не только от правильного лечения, эффективной фармакологии, но и правильного душевного настроя. Есть даже целая область медицины и психотерапии, которая занимается этими вопросами — психосоматика.
 
А вот сфера духа в человеке принципиально независима от низших структур. Дух независим от тела, от психических процессов, от всего обыденного, в том числе от душевных переживаний. Тело и душа в человеке принципиально не свободны и друг от друга, и от мира, они связаны законами времени и пространства, законами мира сего.
 
Духовное в человеке — это область СВОБОДЫ. «Где Дух Господень, там свобода»(2Кор.3:17). И именно к такой свободе призван человек. «К свободе призваны вы, братья»(Гал.5:13). К свободе от законов падшего мира, к свободе от греха. И достигается эта свобода только на пути в области духа, нравственность здесь помочь не может.
 
Холизм означает целостность. А именно то, что человек — это и тело, и душа, и дух. Обязательно все вместе. Тело без души и духа — труп. Дух без тела и души — привидение. Душа без духа и тела — психика. Понятно, что все это означает, что человека просто нет, он умер.
 
А вот когда тело и душа есть, а духа нет, точнее он никак не востребован, что получается? Получаемся мы, мы с вами, современные люди. Мы как бы немного инвалиды. Руки, ноги вроде на месте, глаза еще видят и уши слышат, а душа болит, и чего не хватает — не понимаем.
 
Не хватает духа. Осознание этого факта — начало исцеления, начало восстановления полноты человеческой природы, начало спасения. Неслучайно первая заповедь блаженств Спасителя так и звучит: «Блаженны нищие духом; ибо их есть Царство Небесное»(Мф.5:3). Нищие духом — это те, кто духа не имеет, но очень хотят получить и просят его. А тот, кто уверен, что он духовно здоров, что у него все в порядке с духовностью, просить ничего не будет, но так и останется ни с чем, а точнее со своей уверенностью, что он «не такой, как все эти…».
 
Кстати, вот еще один интересный этимологический факт. Греческое слово спасение (сотерия) означает буквально достижение целостности, восполнение или исцеление. Спаситель — Целитель, но не в смысле исключительно медицинском, а в том, о котором у нас здесь шла речь — он дарит восстановление целостности человека, когда он живет во всей своей полноте и телесно, и душевно, и духовно.

4. Теперь давайте посмотрим на эту трехчастную антропологическую схему в свете нашего вопроса о нравственности и духовности. Получается вот такая картинка:

ТЕЛО
(материальный мир)
БЫТ МАТЕР. ЦИВИЛИЗАЦИЯ (ТЕХНИКА)
ДУША
(мир людей)
КУЛЬТУРА НРАВСТВЕННОСТЬ
ДУХ
(Бог, духовный мир)
РЕЛИГИЯ ДУХОВНОСТЬ

Эта схема наглядно показывает нам, что нравственность и духовность неразрывно связаны между собой и принципиально различны.

5. Связаны, ибо, как мы уже отмечали, и нравственность, и духовность — проявление человеческой жизни, и только человеческой. Например, наши меньшие братья, хотя и имеют физиологию, схожую с человеческой, и душу живую (хотя и принципиально отличающуюся от души человека, ибо вместо культуры и нравственности у животных инстинкты), духовной сфере не причастны совсем. И потому их спасение, вхождение в Вечность зависит целиком от человека. «Ибо тварь с надеждою ожидает откровения сынов Божиих… в надежде, что и сама тварь освобождена будет от рабства тлению в свободу славы детей Божиих»(Рим.8:19,21).

Связаны они еще и иерархически, в том смысле, что высшее влияет на низшее. Нравственность может обойтись без духовности. И атеист, и агностик могут быть очень нравственными людьми. Мы все с вами родом из СССР, и потому, как мне кажется, не стоит приводить примеры, подтверждающие этот тезис. Мы лично знали и знаем таких людей, и на протяжении многих лет нам ставили их в пример (скажем, пионеров-героев).
 
А вот духовность без нравственности обойтись не может, но не в том смысле, что нравственность влияет, определяет духовность. Нет, мы уже показали, что сфера духовности принципиально независима, свободна. А в том смысле, что на пути к духовности нравственность — необходимая ступень, которую нельзя обойти или перепрыгнуть, нельзя ее и отменить, войдя в эту сферу духа, как нельзя отменить и физиологию.
 
Более того, критерий того, что мы имеем подлинный духовный опыт, что мы причастны к духовной жизни, находится именно в сфере нравственной, то есть плоды Духа Святого проявляются именно в мире людей: это любовь, радость, мир, стойкость, доброта, щедрость, верность, кротость, умение владеть собой. (Здесь я привожу слова ап. Павла из «Послания к Галатам» в новом переводе Российского Библейского Общества). Итак, жить духовной жизнью, быть духовным человеком и не проявлять свою духовность в любви, радости, доброте и т. д. — невозможно. Это значит находиться, как учит святоотеческое предание, в прелести, то есть в ложном понимании себя и своей духовности. Яркими историческими примерами такого рода несоответствия между духовностью и нравственностью, состояния прелести является образ царя Иоанна Грозного, который был, как известно, человеком набожным, любившим и молитву, и посты, и притом кровавым и жестоким убийцей, от рук которого пострадало множество как знатных, так и простых людей, и даже святых (свят. Филипп Московский и преп. Корнилий Псковопечерский). Можно вспомнить и так называемого «старца» Григория Распутина — человека несомненно мистически одаренного, но и глубоко порочного.
 
Подчеркнем еще раз: нравственность может существовать без духовности. Другое дело, насколько она тогда будет глубока, утверждена внутри человека, а не связана исключительно с областью человеческого поведения.
 
Духовность не мыслима без нравственности. Она является глубинным источником нравственного поведения, формирует и хранит нравственность. Предельно точно об этом сказал ап. Иоанн Богослов: «Кто говорит: “я люблю Бога”, а брата своего ненавидит, тот лжец»(1Ин.4:20). Любовь к Богу — сфера духовная, любовь или ненависть к брату — сфера душевная (нравственная). И, по слову апостола, если человек думает, что он достиг духовного, минуя нравственное, то он лжец.

6. А теперь о различии духовности и нравственности

Нравственность направляет человека к добру так, как оно понимается на данный момент в сообществе людей, необязательно связывая его с Богом. Это понимание может меняться, меняется и нравственность. Например, на протяжении тысячелетней истории на Руси аборт, убийство во чреве своего ребенка, считалось не только грехом, но и совершенно безнравственным поступком. Но вот общество меняет к этому поступку свое отношение, теперь за него не наказывают, а даже дают больничный, оплачиваемый государством, и для многих это деяние становится не только допустимым, но и нравственным.
 
А отношение к так называемым «врагам народа», искреннее желание их гибели не потому, что они совершили что-то страшное, а просто потому что они «классово враждебные элементы»? И уничтожить такого врага даже без всякого суда над ним — дело не просто хорошее, а именно нравственно достойное. Чтобы не множить многочисленные примеры того, как нравственность, не укорененная в духовности, зависит от политической конъюнктуры, приведу слова Ленина, которые многие уже стали забывать: «Наша нравственность подчинена вполне интересам классовой борьбы пролетариата. Наша нравственность выводится из интересов классовой борьбы пролетариата». Не надо только думать, что такого рода установка ушла в далекое прошлое и умерла вместе с идеей построения всеобщего коммунистического рая на земле или хотя бы в отдельно взятой стране. Любая политическая система, любая власть будет пытаться манипулировать нравственным сознанием своих граждан ради достижения государственной пользы, как она ее понимает. И чем менее нравственность укоренена в духовной сфере, тем успешнее будут эти попытки.
 
Духовность направляет человека к Богу, Который есть не только абсолютное Добро, но и абсолютная Истина и абсолютная Красота.
— Цель нравственного стремления — осуществление требований совести и достижение нравственного совершенства.
— Цель духовной жизни — святость, Богоподобие.
— Нравственность выражается главным образом в практической деятельности человека.
— Духовность затрагивает внутренний мир человека, не только поступки, но и помыслы человека.
— Та или иная нравственная система помогает человеку сориентироваться в этическом мире, отличает добро от зла и даже выносит, через совесть, суд поступкам человека. Но ни какая мораль и даже совесть не дает силы изменить, исправить свою жизнь, дать торжество добру и покорить зло.
— Духовная жизнь и есть возможность обретения той силы, которая поможет человеку «уклониться от зла и прилепиться к добру»(Рим.12:9). Сила эта называется благодать Св. Духа и стяжании этой благодати, по слову преп. Серафима Саровского, состоит смысл христианской жизни.

7. Государство может и должно заботиться о нравственном состоянии своих граждан.

Для этого оно обладает инструментами законотворчества, а также политикой в культурной, социальной и образовательной сфере. Как замечательно недавно сказал музыкант и искусствовед Михаил Казиник, выступая в Совете Федерации: «Если бы наша страна, планируя бюджет, под номером один написала «культура», то все остальные сферы автоматически поднялись на много процентов. Один процент, добавленный на культуру, — это то же самое, что 15% на здравоохранение или 25% на образование. Мы уже давно в этом убедились. Там, где культура на втором месте, на первое придётся вытаскивать деньги на здравоохранение. Потому что люди без культуры болеют. Любая страна велика тем, что она внесла в мировую копилку цивилизаций, а не тем, сколько колбасы она съела за энный период времени. Культура — это самое главное». Но важно заботясь о нравственном и культурном состоянии своих граждан не забывать, что еще большее значение для судеб страны имеет то, в каком нравственном состоянии находится элита страны. Не случайно в народе говорили: «Рыба гниет с головы».

8. Без нравственности общество жить не может

— люди просто начнут поедать друг друга, что мы и видим в периоды Смут. Сильное государство держится не только на сильной армии и полиции, но и на нравственной силе своих подданных или граждан и, что самое важное, на нравственной силе своих правителей. Ведь если эта нравственная сила ослабевает, если власть начинает попирать законы добра и справедливости, то, по меткому замечанию блаж. Августина, «чем она тогда отличается от шайки разбойников?» «При отсутствии справедливости, — пишет он, — что такое государство, как не простая разбойничья шайка, так же, как и разбойничья шайка что такое, как не государство? И они (разбойники) представляют собой общество людей, управляются начальствами, связаны обоюдным соглашением, делят добычу по установленному закону. Когда подобная шайка потерянных людей достигает таких размеров, что захватывает города и страны и подчиняет своей власти народ, тогда открыто получает название государства». Понятно, что такое государство просто не имеет будущего. Отсюда и название Рождественских чтений этого года «Нравственные ценности — будущее человечества».

9. О духовности государство заботится не должно, потому что это не в ее компетенции. Это забота Церкви. И никто, кроме Церкви Христовой не может помочь человеку встать на путь спасения.

Духовная жизнь, как мы выяснили, имеет совсем другую задачу или цель, нежели нравственность.
 
Соединение с Богом, спасение от греха, преодоление смерти. И эту задачу ни нравственность, ни культура, ни государство решать не могут, да и не должны.
 
Вот примечательный диалог из последней и во многом пророческой книги В.С. Соловьева «Три разговора»:
 
«Политик. Да разве культурный прогресс ставит себе такие задачи, как уничтожение смерти?
 
Г-н Z. Знаю, что не ставит, но ведь потому и его самого очень высоко ставить нельзя. Если последний результат вашего прогресса и вашей культуры есть все-таки смерть каждого и всех, то ясно, что всякая прогрессивная культурная деятельность — ни к чему, что она бесцельна и бессмысленна»
 
Подлинную духовность нельзя использовать для целей мира сего, как бы ни были они, эти цели, благородны: для повышения нравственности, культурного уровня населения или патриотизма. Как замечательно писал именно об этом Ф.М. Достоевский: «Если исказить Христову веру, соединив ее с целями мира сего, то разом утратится и весь смысл христианства, ум несомненно должен впасть в безверие, вместо великого Христова идеала созиждется лишь новая Вавилонская башня».
 
И последнее. Можно ли сравнивать духовного человека и нравственного? Можно, но бессмысленно. Можно сравнивать кто из людей быстрее бегает, пока они бегут, но вот когда беговая дорожка закончится, надо будет лететь и тут навык в беге не самый лучший помощник. Надо учится летать, а не только бегать.
 
Ставшие на путь духовной жизни ни в коем случае не должны считать себя нравственнее тех, кто на этот путь не встал, они просто осознанно готовят свою душу к Вечности. Зная, что никто кроме них самих об этом позаботится не сможет. Помня слова Спасителя: «Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит?»(Мф.16:26). Оценку собственной нравственности они оставляют на суд людской, а сердце свое готовят к суду Божиему, ибо «человек смотрит на лице, а Господь смотрит на сердце»(1Цар.16:7).
 
Заканчивая свой доклад на наших Рождественских чтениях, я бы хотел поблагодарить всех за внимание и, поздравляя с наступающим новолетием и Рождеством Христовым, напомнить слова одного мистика XVII века, точно знающего толк в духовной жизни: «Христос мог бы тысячу раз рождаться в Вифлееме — ты все равно погиб, если Он не родился в твоей душе».
 
Вот этого я всем нам и пожелаю: почувствовать в душе своей благодать Божию, встать на путь духовной жизни и следовать за Христом!

Текст: протоиерей Вячеслав Перевезенцев
Фото: www.bogorodsk-blago.ru

Ввернутся в рубрику: Статьи »
 
«
»