№71. Не будьте как дети…

Не будьте как дети или напряжение в сторону свободы
Дневник о.Вячеслава Перевезенцева.

Все мы знаем заповедь Господню: «Будьте, как дети»(Мф.18:3), но вот в сегодняшнем апостольском послании читаем: «Братья! Не будьте дети умом: на злое будьте младенцы, а по уму будьте совершеннолетни»(1Кор.14:20).
 
Конечно же, здесь нет никакого противоречия, и я не буду тратить ваше время, чтобы показать очевидное — заповедь Спасителя не призыв к инфантилизму, а слова ап. Павла — не что иное, как призыв к взрослению.
 
Об этом у нас был недавно разговор на «Радио Вера» («Семейный час»), но тема эта настолько важная, что имеет смысл вернуться к ней еще раз и вот в каком ключе.
 
В четверг замечательный Илья Аронович Забежинский на своей Фейсбук-странице опубликовал своего рода манифест — «ВЫ СВОБОДНЫ»:

«Единственная реформа, в которой нуждается моя Церковь и на которую она вряд ли когда-нибудь пойдет, описывается всего двумя словами.
 
Вот Церковь соборно или устами Патриарха обращается к своим чадам и говорит:
 
ВЫ СВОБОДНЫ.
 
То есть как?
 
А вот так. Свободны. Мы вам ничего не навязываем. Вы сами выбираете…»
 
Прекрасный текст, с которым, по крайней мере мне, трудно не согласиться и не только потому, что «свобода, лучше, чем несвобода».

Но есть одна загвоздка, и она принципиальна. К кому обращен этот призыв? Кто должен и может стать свободным?
 
Как кто? Каждый, любой! «К свободе призваны вы, братья!»(Гал.5:13) и это так, но это именно призвание, а значит то, что мы не имеем, но призваны обрести, также как мы еще не имеем тех чувств, что были у Иисуса Христа, но призваны к тому, чтобы их обрести (Филип.2:5), как мы не имеем еще совершенной любви или богоподобия, но призваны именно к этому (Мф.5:48).
 
Можно, конечно, сказать, и это будет сущей правдой, что единственная реформа, в которой нуждаются христиане, а значит и Церковь, — это обрести совершенную любовь. Всё. Любите Бога и ближнего, а остальное всё приложится и сложится. Известны слова, приписываемые блаж. Августину: «Люби Бога и делай, что хочешь». (Кстати, в свете этого афоризма Августина, не такими уж и нелепыми выглядят и слова кого-то из современных философов, пародирующих Ивана Карамазова: «Если есть Бог, то все позволено»).
 
Но весь вопрос именно в этом и состоит — как научится такой любви? Именно научиться, ведь мы понимаем, что ее нельзя подарить, даже, если кому-то этого очень хочется.
 
И свободу нельзя подарить никакой реформой, ни каким указом Патриарха или Постановлением Собора. «После Покрова Богородицы все свободны»…
 
Свободным нельзя родиться, им можно только стать. Как нельзя родиться личностью, христианином, но можно ими стать или не стать.
 
Одним из условий такого становления и есть взросление человека, когда он перестает быть «младенцем по уму», а становится совершеннолетним, т.е. взрослым. Без этого и любви не научиться, ибо согласитесь, что любовь ребенка и взрослого, это не одно и тоже. И свободным не стать, и богоподобие не стяжать.
 
Ребенок не может быть свободным, даже если мы не будем ему ничего запрещать. Именно поэтому ему и не вменяется ответственность. Он еще не стал хозяином, автором своей жизни, он не самостоятелен, не самодеятелен, он нуждается в опоре, поддержке, указании. И вот тут, важно понимать, что смысл этой поддержки не в том, чтобы ребенок не упал, а смысл указаний не только в том, чтобы он знал, куда нужно идти, а в том, чтобы он научился стоять сам на своих ногах и сам выбирать, куда ему идти. Если ребенка все время держать за руку, он, наверняка, сделает меньше ошибок, но взрослым точно не станет.
 
А в этом и есть суть свободы. Это именно самостоянье и самодеятельность или как говорил еще, кажется, Платон: «Свобода есть власть над жизнью». Понятно, что для тех, кто так и остаётся «младенцем по уму», она не доступна.
 
Древние греки считали, впрочем, что свобода — это удел исключительно богов, ну или героев, поскольку они дети богов, хотя и смертны. Но, скорее всего, они просто не слышали слова пророка:
 
«Я сказал: вы — боги, и сыны Всевышнего — все вы»(Пс.81:6).
 
Итак, свобода — это, несомненно, то к чему мы призваны и в чем мы нуждаемся, но чтобы к ней прийти, нужно взрослеть. И это относится как к личной жизни отдельного человека, каждого из нас, так и к церковной педагогике, да и к любой педагогике, если, конечно, ее цель — воспитать не послушную овцу для стада (тогда необходимо поддерживать младенчество ума), а взрослого, самостоятельного, а значит, свободного человека, способного к любви и богоподобию.
 
И в этом смысле мои размышления не противоречат словам Ильи Аароновича о реформе свободы, в которой нуждается наша Церковь, но дополняют их, как мне кажется, в очень существенном аспекте — такая реформа не может быть дарована, она может быть только выстрадана.
 
В заключение приведу слова Мераба Мамардашвили, которые он по-разному и в разных местах любил повторять:

«Без моей заботы о том, чтобы я был свободен, т.е. без моего напряжения в сторону свободы, не будет свободы; свободу не дают, это не вещь, лежащая в мире, но, когда я забочусь о ней, она есть»Очерк современной европейской философии»).

Дневник о. Вячеслава Перевезенцева
от 12 октября 2019 года на www.facebook.com

Ввернутся в рубрику: Дневник »
 
«
»