№67. Прикосновение Бога

Прикосновение Бога
(В день памяти прп. Сергия Радонежского)

Дневник о.Вячеслава Перевезенцева.

Вчера не было доступа до интернета и потому пусть с опозданием, но поздравляю всех с праздником прп. Сергия, игумена земли русской.
 
Что бывает с человеком после его встречи с Богом? О. Александр Шмеман писал, что «радость потому так абсолютно важна, что она есть несомненный плод ощущения Божьего присутствия. Нельзя знать, что Бог есть, и не радоваться. И только по отношению к ней — правильны, подлинны, плодотворны и страх Божий, и раскаяние, и смирение. Вне этой радости — они легко становятся «демоническими», извращением на глубине самого религиозного опыта».
 
Радость, светлая, тихая, а может и совсем наоборот, но, главное беспричинная. На душе радостно не потому что… а мб даже вопреки тому что…
 
Когда-то одна маленькая девочка дала прекрасное определение того, что такое душа. Она сказала:

«Душа — это то в тебе, что болит, когда все тело здорово».

А тут как бы наоборот, если все не очень хорошо и даже хуже, а на душе светло и радостно, это значит, что эта радость есть несомненное свидетельство присутствия Божия.
 
Но и страх Божий, и раскаяние, и смирение есть несомненно подлинное следствие такого присутствия.
 
Страх как трепет и благоговение, а не как испуг. Раскаяние — не просто сожаление о содеянном, но желание перемены (покаяние). Смирение не как «уничижение, паче гордости», а как трезвое видение себя перед Богом и людьми.
 
Сегодня память прп. Сергия Радонежского. Я думаю, что не ошибусь, если скажу, что главное, чем он запомнился нам, русским православным христианам, которые назвали его игуменом земли русской, — это его кротость и смирение.
 
Еще юношей он бежит от мира, ищет уединения, преодолевает страшные бесовские нападения и искушения, обретает покой, но его ищут, к нему приходят люди, приходят из того мира, от которого он бежал. И он не прогоняет их, нарушивших его исихию, он смиренно их принимает и даже соглашается быть их наставником.
 
«Как хорошо и как приятно жить братьям вместе»(Пс.132:1). Но, как часто это бывает, вместе с людьми приходят и соблазны, заводится ревность и зависть, и как следствие — склоки и раздоры, разделения, за которыми стоит князь мира сего. Братия недовольна своим игуменом. У него власть и авторитет, но он выбирает смиренно отступить и уходит из основанного им монастыря…
 
Братия вскоре опомнилась, стали звать его обратно. О, как по-разному могло состоятся это возвращение. Сколько мы знаем из истории, да и обычной жизни примеров, когда обидчики буквально на коленях приползали за прощением. Вспомним бегство в Александров Иоанна Грозного, но в том-то и дело, что, видно, по-разному прикоснулся Бог к Сергию и грозному царю, который так любил молиться у Троицы.
 
Или еще пример. У одного человека умер сын, и преподобный вернул его к жизни, а отца он просил об одном: никому не сказывать об этом. Он не хотел слыть чудотворцем, бежал от людской славы. Кто бы из нас, совершив хоть что-то, пусть не великое, а просто что-то хорошее, смог бы удержаться и не поведать об этом, если не всему миру, то хоть самым близким? Это возможно только для очень сильного духом и по-настоящему смиренного человека.
 
Христианские богословы давно заметили, что Бог действует тихо, незаметно, без шума и суеты, ибо «Он кроток и смирен сердцем»(Мф.11:29).
 
Саймон Тагуэл в своих замечательных «Беседах о блаженствах» пишет:

«Все наши хлопоты о благополучии, влиянии, власти происходят от нашей неполноты, тогда как Бог, действующий тихо, говорит от полноты бытия. Блаженство, обещанное кротким, призывает нас отрешиться от деловитости, свойственной миру неполноты, чтобы жить в тишине и незаметности полного Божиего мира.
 
Вспомним, как торжественно явился Бог на Синае(Исх.19:16 и далее). Этого, собственно говоря, мы и ждем от Него. Но когда Он снова является Илии, это происходит очень тихо, словно Он нарочно отрицает всё то, что так поразило народ в книге Исхода. Не в буре Господь, не в землетрясении, не в огне, а в «веянии тихого ветра». Еврейское слово (в западной традиции — «шепот») связано этимологически со словом «молчание», употребляемом в 37 (36) псалме.
 
Даже в Новом Завете Господь действует также. Он говорит: «Лучше для вас, чтобы Я пошел»(Ин.16:7), и «идет», уходит, сперва — в Страстях, потом — в Вознесении. Ориген не без основания сказал, что Христос «был послан не только, чтобы Его знали, но и чтобы остаться скрытым».
 
Кроткие почитают этот способ действия и стараются подражать в нём Богу. Они не тщатся чего-то достигнуть, что-то уладить, завоевать мир. Их действия проистекают от полноты бытия, отражающего полноту бытия Божия.
 
Такой «отказ от соревнований» обходится недешево. Образец наш — Христос на кресте.
 
Все наши хлопоты и метания только увеличат неполноту, суету падшего мира. Тишина же, «тихость», дает Богу возможность действовать. Это — тайна Его ненавязчивого присутствия. Кроткие такой тайны причастны.
 
Блажен тот, кто не тщится что-то сделать; тот, кто умеет беспомощно ждать на кресте; именно такие люди наследуют землю».

Преп. Сергий был на кресте, который он воздвиг в глухих Радонежских лесах, и он умел ждать. XIV век на Руси — это страшное, судьбоносное время, время, когда решалось очень многое, но решалось не столько на полях сражений, сколько в скрытых от мира кельях преп. Сергия и его учеников.
 
И еще одна история. Некий простолюдин приходит в монастырь, он искал Сергия, молва о нем уже разнеслась далеко от горы Маковец. Как найти игумена, как его узнать? Сейчас вроде все просто — надо искать самый красивый и уютный дом в монастыре, ну или монаха с посохом в шелковой рясе. Но не было при Сергии в монастыре красивых палат и опрятно одетых монахов, все были заняты различными трудами. К одному такому монаху в рваном подряснике и подошел этот человек с вопросом, как найти игумена. Слово за слово, они разговорились и человек отошел утешенным и только потом, увидев, что князь, приехавший в монастырь, подошел за благословением именно к этому ни чем неприметному монаху, все понял.
 
К концу жизни слава прп. Сергия, точнее, авторитет, был непререкаем и свят. Алексей Московский решил оставить его после себе во главе Церкви, но преподобный отказался.
 
Он понимал, что его главное дело — это молитва за землю русскую, чтобы «воззрением на Пресвятую Троицу преодолевать ненавистную рознь мира сего». Пусть другие управляют, Господь даст им силу и мудрость, а ему Господь дал, как сказано в тропаре, «дерзновение ко Святой Троице». И это дерзновение он не променял бы не на какие блага мира сего, за которые мы так цепляемся. Вот откуда его смирение и кротость: от его опыта познания Бога, от прикосновения к тайне Божества, к Его красоте.
 
Размышляя об этом, мы не можем не ставить себя перед вопросом — мы же тоже с Богом, мы же тоже Его знаем и Ему верим, и к нам Он как-то прикоснулся, но какой след оставило это прикосновение в нашей душе?
 
Два года назад память прп. Сергия пришлась на воскресный день, и проповедь я говорил не только о преподобном, но и о призвании апостола Петра (Лк.5:1-11):


Проповедь записана 25 сентября 2016 года.

Дневник о. Вячеслава Перевезенцева
от 8 октября 2017 года на www.facebook.com